XVIII глава. Гости

Ох, как трудно привыкал Иван к мысли, что Наташа, его милая и нежная Наташа, теперь – враг. Так цинично его не предавали. До слез тяжело было поверить в то, что все — обман, игра, и врагом она была всегда. Не осталось теперь у Ивана никого. Она была единственным во всем свете человеком, которому он полностью доверял, а теперь и ее у него нет. Однако же, в этой, не им придуманной войне, судьбе было угодно дать ему очень серьезные козыри – он все уже знал, и она этого еще не знала.

— «Ну, что же, милая моя подружка, — подумал он, — война? Пусть будет война!»

На следующий же день, когда Наташа пошла в лавку, Иван достал ее пистолет и разрядил его. Сначала хотел подпилить боек, но передумал и стал, вынимая одну за другой пули из патронов, высыпать порох. Вставив пули обратно, придирчиво осмотрел патроны и никаких изъянов не нашел. Зарядив пистолет, вернул его на место. Патроны в запасной обойме оставил нетронутыми.       

Первым делом, Иван перенес в свою секретную комнату все документы, карточки и ключ, оставив в бумажнике только ту, взятую у Анвара, карточку, с которой основные средства были уже переведены на другие счета и флешку для управления этим счетом. Долго и внимательно Иван проверял компьютер – что в нем есть такого, что могло бы ИМ понадобиться.

— «Интересно, кто же они такие? С кем я воевать собрался и кто музыку всю эту заказывает?» – задавал себе вопросы Иван.

Трудно было, гораздо труднее, чем он это предполагал, играть роль прежнего себя. Он постоянно ловил себя на том, что ему до боли хочется, чтобы все это оказалось одной большой ошибкой, и эта, фантастически циничная, ситуация не касается, да и не может касаться его Наташи…  

Действительность, однако, говорила об обратном. Вечером, проверив электронную почту по присланному ей адресу, Иван увидел ее сообщение в папке отправленных.

«Билет получила, приступаю к работе».

Билета в тайнике не было. Это сильно встревожило.

На следующий день Иван заказал такси и уехал в город. Накануне, они с Соней договорились о встрече. Ивану предстоял экзамен по вождению, который позволил бы ему получить водительское удостоверение.

Инструктором оказался довольно веселый, симпатичный чернокожий парень. Они не меньше часа ездили по проселочным дорогам, а потом выехали на автостраду и вскоре нырнули в городские автомобильные водовороты. Ошибок Иван делал немного и, когда вернулись на базу, инструктор выдал ему чек-лист о отметками. Они позволяли сказать, что экзамен по вождению здан. Иван отдал документ, и чиновник в форме, сидевший за стеклянным барьером, сказал, что через два часа документы будут готовы.

— Браво, Иван! – захлопала в ладоши Соня, — Чем займем время? Может быть, сходим в зоопарк? Он здесь очень интересный!

— Прекрасное предложение, Сонечка, но у меня есть встречное предложение.

— Какое же?

— Поехать и купить авто.

— Вот так вот, поехать и купить?

— Конечно. И как поступим, чье предложение примем?

— Двух мнений быть не может.

«Свою» машину Иван увидел сразу, в первом же автосалоне. Это была великолепная, серебристая «Тойота» . Рядом с ней стояли не менее красивые машины, но именно эта сразу легла ему на душу. Так бывает, и объяснить это невозможно. Сев в нее, Иван еще больше влюбился в машину.

— Едем дальше, посмотрим еще в других салонах? — спросила Соня.

— Нет, Сонечка, именно эту машину, а не какую-нибудь другую, я и хочу взять!

-Да-а, поистине, так могут поступать только русские! — громко рассмеявшись, сказала Соня, — Эту хочу и всё тут, остальные — будь хоть бриллиантовые, но их не хочу!

Следующий час Соня возила Ивана по городу, показывая, что и где находится и как устроен центр города. Иван попросил ее свозить его на центральную торговую улицу.    

Соня осталась ждать его в открытой кафешке рядом с парковкой. Он быстро шагал мимо ярких, красивых витрин, пока не увидел то, что нужно — ружейный магазин. Нет, он не собирался покупать себе оружие. Оно у него уже было. Иван внимательно осмотрел витрины и увидел то, что искал – большой полицейский фонарь-электрошокер. Указав на него продавцу, взял еще один, маленький и баллончик с перцовым газом. Иван достаточно оценил возможности шокера и был уверен, что это – то, что ему и сейчас может пригодиться. Подумав, купил наручники.

По пути, в большом супермаркете, Иван набрал большой пакет всяких вкусностей и пошел к стоянке.

Еще через час они катили на новенькой машине по автостраде, в сторону дома. Высадив по пути Соню, Иван продолжил путь в одиночестве. Уже проезжая через поселок, Иван решил сначала занести в дом то, что не хотел бы, чтобы Наташа увидела. Подъехав к пляжу, вышел из машины и, взяв пакет с шокерами и баллончиком, пошел по камням. Открыв дверь, Иван вошел в подземный ход, подсвечивая себе фонарем большого шокера.

— «Надо бы фонарей купить больших и положить, где это нужно», — подумал он.

Наташа сидела в гостиной, у его ноутбука и ловко выстукивала что-то.

— Проверим, что ты отправила сегодня, милая моя, — пробормотал Иван и, оставив шокеры в секретной комнате, пошел обратно. Большим фонарем он светил на стены подземного перехода, и примерно на середине его увидел, что на стене, выше уровня головы, есть светильник.

— Ну, вот, — громко сказал Иван, — легенды начинают обрастать реальностью. 

Постояв немного, не решаясь открыть дверь из-за боязни увидеть за ней что-то ужасное, Иван все же взялся за светильник. Часть стены ушла вовнутрь и сдвинулась в сторону. Широкий, мощный луч фонаря высветил толстые, кованые решетки. Возраст их был явно за сотню лет. Иван понял это по тому, что никаких следов сварки не было видно. Только кованые, массивные детали составляли все конструкции, образующие большие клетки. Из сплошной скалы в клетках торчали массивные кольца, к которым, как предположил Иван, приковывали людей. В углу напротив двери, перед входом в проход между клетками, на стене висели разные цепи с металлическими ошейниками и браслетами.

В каждой камере имелось подобие туалета – глубокое углубление с толстой кованой решеткой, закрывающей его. Никаких топчанов или нар. Перед ним была самая настоящая средневековая тюрьма. В клетках — чисто, никаких следов пребывания людей.

Оглядев дверь, Иван обнаружил, что светильника внутри не было, то есть дверь изнутри не открывалась и не закрывалась.

— «Скорее на воздух из этого мрачного места, — подумал Иван и, закрыв дверь, пошел на выход.

Через десять минут он подъехал к дому на новенькой, сверкающей машине.

— Ой, это же чудо какое-то, а не машина, — восторженно щебетала Наташа, и, в который уже раз, Иван поразился тому, с каким искусством она играет роль любящей женщины.

Ужин при свечах был бы теплым и приятным, если бы можно было убрать из памяти то, что узнал Иван. Наташа взялась мыть посуду, а Иван пошел в гостиную. Включив ноутбук, сразу же открыл ее электронную почту.

«Карточка и флешка получены. Доступ получу сегодня. Курьера жду утром»  

Иван понял, что ситуация накаляется. Прислушавшись к шуму воды и звону тарелок, вышел из комнаты и через зеркало в коридоре вошел в зазеркалье. Положив маленький шокер в карман, вернулся и сел за компьютер. Он не видел, что Наташа из-за зеленой перегородки смотрит на экран ноутбука, где все еще было открыто окно ее электронной почты.

— Ну, что скажешь? — сказала она, входя в комнату, — Чем сегодня займемся?

— Даже и не знаю. Предлагай ты, — сказал Иван.

— Хорошо. Согласна. — сказала Наташа, садясь в кресло напротив, — Я предлагаю поговорить о том сообщении, которое ты только что прочел.  

— Ты хочешь сказать…

— Ты знаешь, что я хочу сказать. Мне нужен номер банковского счета и пароль доступа к программе, которая находится на флешке.

—  Вот так… А как же любовь? — спросил Иван.

— Ладно, хватить мне здесь эту дурь гнать. Я так объелась ею за то время, что с тобой валандаюсь, что до конца жизни тошнить будет.

— А мне показалось, что…

— Тебе это показалось, — резко перебила его Наташа, доставая из-под диванной подушки знакомый уже Ивану пистолет.

— Значит, так, — жестко, отрывисто произнося каждое слово, продолжила она, — мне нужно то, что я сказала. Все остальное меня не волнует. Все остальное — это твои проблемы.

— Не пойму, тебе-то зачем все это нужно? Все равно ведь, не тебе достанется, — сказал Иван.

— Это моя работа, и я привыкла делать ее хорошо. Именно за это мне и платят. Все, хватит болтать. У тебя есть только два выхода. Первый – немедленно, сейчас же дать мне то, что мне нужно. Второй — у меня в руке. Учти, я очень хорошо стреляю. Прежде, чем ты умрешь, я много чего тебе прострелю, но нужное получу. Так что, выбирай – легкий или трудный путь.

— Я выбрал, — сказал Иван и, встав, шагнул к Наташе.

Она немедленно вскинула руку и, целясь в колено, выстрелила. Раздался хлопок. Иван сделал еще шаг, и Наташа попыталась снова выстрелить, но ей пришлось передернуть затвор, так как автоматически пистолет не перезарядился без пороховых газов. Раздался  хлопок, но Иван был уже рядом, и приставленный к плечу шокер затрещал, делая свое дело.

Обыскав лежащую без чувств Наташу, Иван быстро прошел в зазеркалье и вернулся с наручниками. Надев их на нее, сел напротив, успокаиваясь и ожидая, когда она придет в себя.    

Минут через десять, застонав, она открыла глаза.

— Ах ты, дрянь! —  визгливо закричала Наташа, поняв, что происходит, — Немедленно освободи меня или я выбью мозги из твоей тупой башки.

— Еще чего! Ты слишком агрессивна сегодня. У меня такая радость, машину купил, а ты стреляешь в меня… Неправильно это! Можно даже сказать, не по-человечески.

— Ты не понимаешь, в какую игру ты вляпался, — сказала Наташа, — освободи меня, и я помогу тебе.

— То есть, — сказал, нервно улыбаясь, Иван, — ты хочешь сказать, что мы вместе, обнявшись, счастливые и довольные друг другом, пойдем за горизонт по первому варианту отхода? А билетик для меня тоже уже готов или мы по одному вдвоем полетим?

— Сволочь такая… И чего я тебя не замочила утром, когда почувствовала, что ты что-то узнал?

— Ну, все мы иногда ошибаемся. Однако заверяю тебя – с моей стороны уж точно, больше ошибок не будет.

— Посмотрим, — сказала Наташа, — еще не вечер.

— И это – очередная твоя ошибка, – сказал Иван, — ты еще не все поняла. Видимо, мне придется тебе кое-что объяснить, прежде чем ты поймешь сложившуюся ситуацию и свое положение в ней, а поняв — все мне расскажешь.  Для начала я накину тебе на голову что-нибудь, чтобы ты не увидела ничего лишнего.

— Ага, сейчас расскажу! – с издевкой сказала Наташа и попыталась пнуть Ивана, подошедшего к ней с темным шарфом в руках.

— Я очень прошу тебя быть благоразумней, — сказал Иван, — чтобы мне не пришлось снова применить электрошокер. Пока ты ведешь себя нормально, у меня нет причин, но если станешь хулиганить и отказываться делать то, что тебе говорят, мне придется повторить эту неприятную процедуру в воспитательных целях.

Завязав ей глаза шарфом, он повел ее на второй этаж, развернув по пути несколько раз, чтобы потеряла ориентацию в пространстве. Войдя в одну из спален, Иван открыл зазеркалье и повел ее вниз.

Наташа молча шла впереди, Иван держал руку на ее плече и подсказывал, куда идти. Вскоре они вошли в тюремное помещение. Иван открыл решетчатую дверь в одну из клеток, запустил ее туда и закрыл клетку очень хитроумным запором, который представлял собой длинную кованую штангу, которая фиксировалась в «свободной» зоне большим замком.

— Теперь дай мне свои руки, я сниму с тебя наручники, — сказал Иван и, щелкнув ключом, снял их с нее.

Наташа сорвала с глаз повязку и с ужасом оглядела помещение, освещенное фонарем.

— Вот это и есть то, что станет твоим последним жилищем, если мы не договоримся. Над нами не менее пятидесяти метров сплошной скалы. Как видишь, легенды иногда становятся действительностью. У тебя есть возможность самой в этом убедиться.

— Да-а, недооценила я тебя… А не боишься?

— Чего?

— Да вообще, жить не боишься?

— А чего бояться? Тебя уже не будет на моем пути. Если кто и приедет тебе в помощь – глянь, сколько камер — на всех хватит! И тебе повеселее будет, только вот в темноте, скорее всего, особо-то и не захочется общаться. Да и разговаривать не о чем вам будет, как мне кажется. Между прочим, мне уже задавали подобный вопрос не очень давно, а я все живу и живу.

— Твоя взяла, — тихо сказала Наташа, — но ты запомни…

— Нет, нет и нет! – резко прервал ее Иван, — В таком ключе мы с тобой никогда говорить не будем. Ты побудь здесь, подумай. Вернусь – поговорим, если захочешь.

Иван вышел и закрыл за собой дверь, не обращая внимания ее крики. Вновь спустился через час.

— Как дела, Наташенька? – спросил он, направляя луч фонаря на нее.

— Нормально. Спрашивай, я все скажу. Что будешь со мной делать потом, не спрашиваю, потому как сама знаю.

— Странно, ты уже знаешь, а я еще не решил. — сказал Иван, — Ну, раз ты решила сотрудничать со мной, тогда завяжи глаза шарфом и подойди ко мне.

Она повязала шарф и подошла к клетке. 

— Руки за спину и повернись, — сказал Иван и защелкнул наручники на ее запястьях.

— Идем, — положив руку на ее плечо, сказал Иван.   

В гостиной он подвел ее к дивану и снял шарф.
— Усаживайся поудобнее и приготовься к долгому разговору, — сказал Иван, у нас целая ночь впереди. Кофе хочешь?

— Хочу вина.

— Хорошо. Ты посиди здесь, а я приготовлю кофе и открою вино. Не советую пытаться освободиться. Если замечу — верну туда, в подземелье, и больше приятных бесед наверху, под бокал вина, не будет.

— Итак, — подав ей бокал, сказал Иван, — слушаю тебя. Мне интересно все. Начни с того, действительно ли мы с тобой работали вместе и у нас был роман.

— Да нет, конечно же, — хмыкнула Наташа, — я и узнала-то о тебе за несколько дней до твоего появления. Мне заказали очень мягко и тонко взять у тебя номера счетов, карточки и флешку, но все не имело смысла без кодов доступа. Именно они и были моей целью.

— Кто заказчик этой информации?

— Не знаю. Меня такие сведения не интересуют. У меня есть агент, который принимает заказы. Деньги агент получает от меня, когда они поступают на мой счет. Он намекнул, что это какие-то крабовые ребята заказали работу.

— Вот как? Интересно! А еще что ты услыхала краем уха? 

— Все, больше ничего об этом не знаю.

— Поверю. Что произойдет после того, как ты дашь информацию о завершении операции?

— Приедет курьер. Ему и передам полученную информацию и предметы взамен на подтверждение поступления денег на мой счет.

— Как ты узнаешь, что деньги поступили на счет?

— Получу сообщение от банка на мобильный телефон.

— А дальше?

— А дальше мне нужно будет смываться. Билет на руках, но я никогда не пользуюсь такими, заказанными не мной, билетами. Предпочитаю самой решать, куда и на чем мне отправляться.

— А что будет со мной?

— Не знаю. В некоторых случаях, бывает, ничего не происходит, а иногда…

— Говори, говори!

— А иногда, если заказ не прошел…

— Что это означает?

— Если чисто исполнить заказ не получилось, то приходит тот, кто доделает работу и зачистит всех, не оставляя в живых никого из тех, кто причастен к ней.

— То есть, меня уберут? 

— Наверное… Как и меня, — тихо сказала Наташа.

— Так ты хочешь сказать, что ты же меня должна была и убрать?

— Лихо! — сказал Иван, в ответ на ее молчание, — Вот это любовь!

Помолчав немного, Иван спросил:

— Что ты должна написать, чтобы дать знать об окончании работы?

— Просто сообщить, что контракт исполнен. Утром будет курьер.

— Как происходит передача?

— Через абонентский ящик номер двадцать семь в почтовом отделении. Пароль «Вега». Карточку и флешку нужно положить туда до десяти утра. Положи вместе с конвертом какой-нибудь цветок. Почта работает с восьми утра.

— А ответ?

— Ответом будет сообщение на мобильном телефоне с подтверждением поступления денег на счет. Обычно оно приходит через несколько часов после отправления доклада об окончании работы. Телефон лежит в нижнем кухонном ящике, под салфетками.  

— А если оно не придет? Тогда что?

— Тот, кто не получил его, никогда об этом не узнает. Не успеет.

— Хорошо, сейчас я пошлю этот сигнал. Моли бога, чтобы они тебе поверили. Если меня убьют или никто не приедет, то некому будет тебя освободить.

— Поставь в конце два плюса, — тихо сказала Наташа.

— Вот так-то лучше, — сказал Иван, улыбаясь.

Через десять минут сообщение улетело.

— Кто еще с тобой здесь работает? – спросил Иван.

— Никого нет, одна с тобой работаю, а кто работает с абонентским ящиком, не знаю.

— Ну, хорошо. Я тебе поверю, Наташа, но ты знаешь, чем тебе грозит твоя неправда. Сейчас мы с тобой завтракаем, и ты возвращаешься туда, в камеру, где будешь ждать меня и молить Бога, чтобы он помог мне.

Через полчаса Наташа была в клетке. Иван оставил ей большой фонарь и бутылку с минеральной водой. Спустившись в гараж, завел машину и выехал. 

Когда конверт с карточкой, флешкой и листком бумаги с паролями был положен в ячейку, Иван долго рассматривал рекламные проспекты и журналы, лежащие на столике, украдкой посматривая в окно. Никого не было видно.

Сев в машину, поехал в сторону автострады. Проехав по ней с десяток километров, убедился, что хвоста за ним нет и вернулся в дом. Теперь осталось только ждать. Время тянулось невероятно медленно. Бессонная ночь давала себя знать, и Иван клевал носом. Сварив крепкий кофе, решил, что нужно все-таки немножко вздремнуть. Взяв на кухне стул, он перешел в зазеркалье и, поставив стул там, сел и задремал. Спал довольно долго, если судить по тому, что кофе, стоящий на полу, стал совсем холодным.

Иван чуть не облился от неожиданности, когда в кухню из гостиной зашел мужчина в сером костюме.  В руке у него был большой пистолет с глушителем. Мужчина осмотрелся, открыл холодильник и достал оттуда ломоть ветчины. Положив его на кусок хлеба, он стал с видимым удовольствием жевать бутерброд.

Иван встал, осторожно поставил чашку и достал из-за пояса большой электрошокер. Мужчина подошел к окну, постоял возле него, положил пистолет на стол, посмотрелся в зеркало, отвернулся от него и наклонился, чтобы поправить носок. Лучшего момента нельзя было и придумать, и Иван тихо, стараясь даже не дышать, потянул светильник. Зеркало беззвучно пошло на открытие. Мужчина, однако,  услыхал или почувствовал что-то и выбросил руку за пистолетом, но Иван успел сунуть шокер в щель открывающегося прохода и плотно прижал к ягодице гостя. Шокер грозно затрещал и, выдержав несколько секунд, Иван отключил его.

Сунув пистолет за пояс, Иван достал из кармана наручники, перевернул мужчину на живот и защелкнул их на его запястьях.

— Вот так и полежи, любезный! А не будешь по чужим домам шастать, опасно это!

В этот момент в кармане у Ивана зажужжал мобильный телефон. Звука не было, телефон был настроен только на вибрацию. Иван нажал прием сообщения и увидел, что на экране появилось сообщение от банка с подтверждением поступления на счет двухсот тысяч долларов.

— Интересно… А говорила, что или то, или другое. Оказывается, можно и то, и другое – и деньги получить, и жизнь потерять.

—  «Ладно, подождем, когда народ проснется, — подумал Иван, наливая себе минеральной воды, — а там, глядишь, и прояснится что-нибудь».  

— Что, болит попа-то, а? — с притворным участием спросил Иван, когда мужчина застонал и попытался перевернуться, — Или отлежал чего?

— Ты, урод, — прохрипел лежащий, — быстро освободи меня, не то обещаю тебе веселую смерть.

— А знаете, гражданин, мне всего лишь пару часов назад уже говорили эти слова. Кстати, довольно симпатичная особа. Хотите, познакомлю? Наверняка, вы тогда успокоитесь.

— Вот ты уж точно успокоишься, это точно, гарантирую тебе.

— Ага… Понял. Я вообще, очень понятливый. Спасибо за намек. Сейчас мы перейдем в более удобное помещение. Предлагаю вам условие. Выгодное условие, соглашайтесь! Так вот, вы идете смирно и выполняете все, что скажу, а я не применяю электрошокер. Идет? 

— Твою мать, я же тебя…

В этот момент Иван дал ему очень короткий импульс электрошокером. Мужчина взвыл.

— Итак, условия прежние, — сказал Иван, — согласны?

— Да согласен, согласен!

Иван завязал ему глаза и повел в зазеркалье. Мужчина не мог свободно ориентироваться в чужом доме, поэтому особо петлять Иван не стал, лишь только один раз крутнул его. Так, на всякий случай. 

В клетке, освобожденный от наручников, мужчина сбросил повязку и, увидев Наташу, взревел:

— Ах ты, сука! Ну, погоди, мало тебе не будет!

— А ты, Колюня, чего приперся-то, а? Никак, убрать меня задумали? А чего так-то, а? Мне ведь и оставалось-то, только прибраться здесь. То, что должна была – все сделала.

— Ты же знаешь, — неожиданно  сник мужчина, — кто все решает. Бабло уж больно большое  на кону, вот и крутят. Испугались, что пожалеешь.

— А тебя, Колюня,  тоже уберут? Как думаешь?

Мужчина пожал плечами.

— Господа, — громко сказал Иван, — прошу прощения за то, что прерываю столь милую беседу, но вынужден покинуть вас. Интуиция подсказывает, что скучать мне не придется, а вы пообщайтесь здесь без меня немножко.

До вечера Иван был занят в заботах о доме. Соня снова оказалась незаменимой помощницей. С ее помощью Иван вызвал специалиста и договорился с ним об установке новой системы сигнализации.

— Вы собираетесь уезжать? – спросила Соня.

— Да. Через пару дней. Дела, Сонечка, дела! Деньги за ваши услуги я переведу завтра же. И еще, я рассчитываю на вашу помощь в организации присмотра за домом и участком в мое отсутствие.

Разговор с Колюней мало что добавил к тому, что рассказала Наташа. Оставалось только доложить через электронную почту, уже от его имени, об исполнении работы. Именно это и было сделано.

Ответ пришел  через пару часов. Колюне было велено ждать в доме приезда человека, которому надлежало передать все.

— Вот и на твою душу, Колюня, человек нашелся, — невесело сказала Наташа, когда Иван сказал им об ответе.   

Долго ждать не пришлось. Рано утром к дому подъехало такси. Иван вышел в зазеркалье. В дом, позвонив несколько раз, через заранее открытую Иваном дверь,  вошел человек.

— Ой, что делается-то! — тихо воскликнул Иван, увидев лицо входящего, — Вот так встреча!

Все дальнейшее прошло как по нотам, и мужчина, выронив пистолет, упал на пол. Спрятав электрошокер, Иван застегнул наручники на запястьях и, посадив его в кресло, сел напротив. — Ну, здравствуйте, Никита! Не иначе, как расследование какого-нибудь чрезвычайно хитроумного преступления привело  вас сюда, на берега Старого Света, аж из самого Северокурильска, да? Или вы ко мне лично прилетели? Чем обязан за столь лестное внимание к моей особе? Как там Степан Степаныч поживает? Все еще подполковник или уже полковника получил? Видите, сколько у меня вопросов к вам накопилось?

Далее>>>

Вернуться к оглавлению