XVII глава.Зазеркалье

Вся следующая неделя прошла в поездках с Соней по различным конторам. В конечном итоге, собственность на дом и участок оформили. Этот факт давал Ивану право получить вид на жительство. Именно этим он и занимался в течение нескольких дней, готовя начало процесса.  Наташа все это время изучала дом, а вечером, когда садились за накрытый ею стол, они делились тем, что сделали и узнали за день. Они были счастливы.

Помаленьку, жизнь входила в спокойное русло. С помощью Сони, Иван заказал подключение к интернету, и теперь  мог свободно выходить в сеть из любого места в доме. С адвокатом Иван общался довольно часто, и потому не беспокоился – все шло своим чередом.

В один из вечеров, растопив камин, они сидели в уютных креслах, и Наташа, глядя на огонь через бокал с вином, тихо сказала:

— Ты знаешь, мне здесь нравится, но я должна что-то делать, иначе очень скоро закисну. Ты же не хочешь этого?

— Конечно же, не хочу. А что ты предполагаешь делать?

— Не знаю, что я буду делать, но уж совершенно точно знаю, что нам с тобой необходимо серьезно заняться изучением языка. Жить в стране и не знать ее языка – это неправильно, а главное — неудобно.

— Ты умница! – сказал Иван, — Завтра же и займусь этим вопросом. Поскольку нам не нужно ходить на работу, мы можем позволить себе углубленное и ускоренное обучение.

Через Соню Иван договорился о встрече с предполагаемым преподавателем. Встреча происходила дома. Наташа приготовила ужин, и в назначенный час во двор въехала небольшая машинка. Иван открыл дверь. Перед ним стояла женщина лет сорока —  сорока пяти. Красивая, высокая, она как-то необычно,  высоко и гордо держала голову. Взгляд ее карих глаз был умный и внимательный. И вообще, она излучала спокойствие и уверенность в себе.

— Здравствуйте, меня зовут Ольга Степановна.     

Общение с ней сложилось на удивление легким и приятным. Выяснилось, что Ольга – ее племянница. Семья их живет в этой стране уже очень давно. Сразу же после революции их предки уехали из России. С тех пор живут здесь, по-прежнему храня в семье и родной язык, и традиции.

— Занятия будут очень интенсивными, — уточнила она напоследок, — но я гарантирую, что через месяц-полтора вы будете говорить по-английски. Занятия начнем через неделю. Если вы согласны, прощаюсь с вами на неделю.

Постепенно изучая дом, Иван прошел от подвала с его котельной и боксами для машин, до мансарды. Мансарда была большая, но состоящая как бы из трех пространств с небольшими окнами – пустой комнаты, кладовой и ванной комнаты с туалетом и душевой кабинкой. Мебели в мансарде, кроме плетеного кресла-качалки и такого же круглого столика, не было. Иван улыбнулся своему отражению в привычном уже зеркале со светильниками на глухой стене.

— «Это же паранойя какая-то с зеркалами была у хозяев! — подумал он, — Кому могла прийти в голову идея смотреться в зеркало здесь, на чердаке?!»

— «Нет худа без добра!» — подумал Иван. Внезапно в голову пришла мысль – попытаться снять один из светильников и посмотреть, можно ли его переделать под электрические лампочки. Сделать это в мансарде, где, в случае неудачи, никто не увидит следов, показалось самым правильным.

Иван придвинул журнальный столик к зеркалу, чтобы подняться повыше и, попробовав его на крепость, решил, что столик выдержит.

Взобравшись, Иван внимательно разглядывал массивный кованый светильник и постепенно приходил к выводу, что так и останутся они, все эти многочисленные светильники, бесполезными украшениями. Вдруг, столик под ним зашатался. Падая, Иван успел ухватиться двумя руками за светильник. При этом он почувствовал, что светильник слегка подался вниз под тяжестью его веса. Все дальнейшее походило на кадры из научно-фантастического или шпионского фильма. 

Cовершенно беззвучно, зеркало ушло в стену и сдвинулось вбок. Перед Иваном открылся вход в небольшое, слабо освещенное помещение.

— «Ничего себе!» —  ошеломленно подумал Иван, потирая ушибленное колено.

Заглянув в комнату, увидел небольшой письменный стол с массивным деревянным стулом и шкаф с резными украшениями во всю стену. Зайти в комнату не решился и стал внимательно осматривать светильник, пытаясь повторить свои движения при падении. Через минуту исследования, ему удалось повернуть один из кованых лепестков и, держа его в этом положении, потянуть светильник вниз. Зеркало бесшумно вернулось на свое место. Иван вновь повторил эти действия, и зеркало ушло, открыв вход. Это было настолько фантастично, что Иван присвистнул от изумления и удовольствия.

Войдя в комнату, боязливо поежился – не хватало еще остаться здесь, запертым наглухо! Светильники внутри были такие же, как и снаружи. Иван попробовал повернуть листок, но он не шевелился. Растерявшись, Иван хотел немедленно выйти, но тут же сообразил, что он открыл вход правым светильником, а сейчас пытается использовать светильник с другой стороны прохода. Перейдя к другому, Иван сразу же сделал то, что хотел, и зеркало закрыло вход, встав на место. Очень толстое стекло зеркала с обратной стороны было совершенно прозрачным.

— «Ну, и дела! Теперь у меня появился свой, совершенно секретный уголок в доме!» — подумал Иван, сдул пыль со стула и сел за стол из темно-красного дерева, с резными ножками и столешницей.

Несомненно, ему было очень много лет, но сохранился он прекрасно. Похоже было, что не так уж много им пользовались. В ящиках стола лежали пожелтевшие бумаги, исписанные мелким почерком. В одном из них хранился набор курительных трубок на специальных подставках.

В шкафу было не намного интереснее. Несколько больших книг с пожелтевшими страницами, да коробка из красного дерева на верхней полке. Иван открыл ее. На темно-красном бархатном ложе лежал короткоствольный револьвер времен Второй Мировой с гравировкой «Smith & Wesson» и, дополнительно к тем пяти, что были в барабане, пара десятков патронов в гнездах.

На нижней полке стояли астрономические приборы, сделанные из бронзы и белого  металла, похожего на серебро, подзорные трубы и бинокли. Множество мелких предметов, явно старинных и касающихся картографии, геодезии  или еще чего-то, связанного  с измерениями, наблюдениями и черчением, были аккуратно расставлены на остальных полках.

— «И вновь, в который уже раз, в руках у меня оружие, – вздохнув, подумал Иван, — судьба вновь дает его мне, а это означает, что рано мне пока еще успокаиваться».  

Платяной шкаф был пуст. Иван хотел было закрыть его, но ему показалось, что задняя стенка несколько отстает от боковых. Чтобы проверить, он толкнул стенку, и она открылась, оказавшись дверью. За ней была темная пустота.

 Иван решил спуститься в прихожую, где на стене висел большой ручной фонарь. Спустившись, взял его и зашел на кухню. 

— Как дела? – увидев Ивана, спросила Наташа, готовившая обед.

— Все прекрасно, разбираюсь с мансардой. За фонарем спустился.

— Через час спускайся – обед будет готов.

— Понял, обязательно спущусь!

 Войдя в секретную комнату, Иван закрыл за собой зеркало, подошел к шкафу, посветил в открывшийся проход и увидел, что вниз уходит узкая лестница. Осторожно шагнув туда, попробовал ее крепость. Лестница была сделана из массивных деревянных деталей и отлично  сохранилась, даже не скрипела.  Осторожно, пробуя ногой ступеньки, Иван стал спускаться вниз. Впереди показался свет. Небольшая площадка, на которую он сошел, оказалась перекрестком. Узкие, в полметра, два прохода вели в противоположные стороны и там, в проходах, был свет. Выключив фонарь, Иван пошел в один из проходов. Сделав несколько шагов, он оказался перед большим окном в… спальню! Совершенно потрясенный, пошел дальше и увидел окно в ванную.

— «А если попробовать?» — подумал Иван и, дотянувшись до фонаря, сделал то, что делал наверху.

Стекло «ожило», и открылся проем. Иван вышел, закрыл стекло и, вновь открыв, вернулся в «зазеркалье». 

— «Ни фига себе! Это что же получается? Весь дом, каждый уголок его, можно держать под контролем? Вот это да-а! Серьезные люди строили этот домик. Похоже, они не очень-то доверяли людям! И что мне со всем этим делать?»

Подумав немного, Иван решил, что, прежде всего, он должен все осмотреть, а уж потом решать, как с этим поступить. 

До обеда Иван обследовал третий и второй этажи. Все в доме можно было видеть, в любое помещение был двусторонний доступ!  Такого Иван не смог бы себе представить даже в самом фантастическом сне.

Перед обедом Иван пошел в душ, и сделал это больше для того, чтобы охладиться немножко и уменьшить возбуждение от найденного.

— «Все найденное будет хорошим сюрпризом для Наташи, — подумал он, — кто знает, может быть, это спасет нас в трудную минуту.»                                                               

После обеда, вымыв посуду, Наташа сказала, что сходит в поселок, в продуктовый магазинчик, купить кое-чего из продуктов.

— Хорошо. Я останусь дома, если ты не против, — ответил Иван, несколько удивившись тому, что она не пригласила его на эту прогулку, как поступала всегда. 

— Надеюсь, ты не будешь скучать без меня? – спросила она, обнимая Ивана.

— Постараюсь не скучать, а если станет совсем уж невмоготу — приглашу музыкантов, поскольку телефон в доме есть! – смеясь, ответил Иван.

Наташа быстро собралась и вышла из дома. Закрыв за ней дверь, Иван прямо из кухни вошел в «зазеркалье».

Первый этаж не принес ничего нового – те же зеркала и те же светильники во всех помещениях. В цокольном этаже зеркал не было. Единственный светильник, который оказался посреди длинного, узкого хода, открывал дверь в гараж, поворачивая шкаф с инструментами.

Дальше ход шел  под уклон. Долго шел Иван по узкому, сырому коридору, несколько раз спускаясь по каменным ступеням. Неприятное ощущение опасности не покидало его. Вскоре подошел к длинной каменной лестнице, идущей круто вниз. Спустившись по ней, оказался в небольшой, темной комнате. Иван явственно слышал приглушенный шум моря! Обведя ярким лучом стены, он понял, что в комнате нет ничего, кроме массивного механизма, состоящего из тяжелых, литых шестерен и рычагов. 

На стене, поблизости от механизма, находился позеленевший латунный ящик, из которого выходил массивный рычаг. Осмотрев его, Иван потянул тугой рычаг вниз.

Раздался шорох, и часть стены начала поворачиваться. Перед Иваном открылся ход, за которым был свежий воздух, светило яркое солнце, и море небольшими волнами накатывало на берег, усеянный крупными, серо-черными камнями-голышами обкатанными волнами. Пахло морем и водорослями. 

Иван вышел и огляделся. Каменистый пляж шириной пятнадцать-двадцать метров, тянулся метров на двести в обе стороны. С одной стороны пляж ограничивался  отвесной скалой, которая была частью обрыва высотой  метров пятьдесят, а с другой – выходил на пологий склон и дорогу, которая, как выяснил Иван, прогулявшись пару минут, вела в поселок.  

Ход был в небольшом, метров пять, естественном углублении, что позволяло выйти и остаться незамеченным с обеих сторон пляжа. Вернувшись, Иван вернул рычаг на место и дверь закрылась. Открыв снова, стал внимательно изучать скалу снаружи, вокруг двери, чтобы понять, как эта каменная дверь открывается и закрывается снаружи.

Долго Иван изучал скалу, но ничего не находил и уже отчаялся найти что-нибудь, когда заметил небольшое, с монету, почти незаметное углубление, и Иван заинтересовался им только потому, что оно имело идеально круглую форму. Подняв с земли кусочек сухой ветки, стал очищать углубление от песка. Глубина его оказалась не больше наперстка. Иван посильнее надавил веткой и почувствовал, что дно поддается давлению, но ничего не произошло, ветка сломалась. Иван стал лихорадочно искать среди камней что-нибудь покрепче. Не найдя, вставил палец в углубление и сильно надавил. Дно углубления поддалось, вдавившись на полсантиметра, и дверь мягко закрылась. Иван остался на пустынном пляже. Ни малейших признаков того, что перед ним – дверь, не обнаружил. Тот же камень, те же трещины, что и по всему обрыву…

Снова открыв ход, Иван насыпал немножко песка в отверстие для маскировки, вошел и надавил на рычаг. Дверь закрылась.

Когда он поднялся в дом, Наташи еще не было. Очистив одежду от пыли и паутины, решил подняться наверх, в секретную комнату и вошел из гостиной в зазеркалье, закрыв за собой дверь. Уже там, в зазеркалье, услыхал голос Наташи –она звала его. Отметив про себя хорошую слышимость, Иван хотел было выйти при Наташе через зеркало, и протянул руки к светильнику, но, увидев ее, входящую в комнату, остановился.

Наташа, озабоченно оглянувшись, быстро прошла к резному шкафчику, вынула маленький, самый нижний выдвижной ящик и, достав из сумочки какой-то пакет, положила его туда и вернула ящик на место. Быстро вернувшись в прихожую,  она вновь стала громко звать Ивана.

— «Вот так новости… А может быть, она мне какой-нибудь сюрприз приготовила?»  — подумал Иван и быстро поднялся в мансарду. Когда он спустился вниз, Наташа встретила его широкой улыбкой.

— Всего две лавочки на весь поселок. Одна из них табачная, а вторая – со всякой продуктовой мелочевкой. А еще, здесь есть почтовое отделение, насколько я поняла по вывеске и рожку, что над входом висит, — сказала Наташа.

— Думаю, они ездят за покупками в соседний городок, — сказал Иван, — надо бы и нам о машине подумать.

— А у тебя права есть? – спросила Наташа.

— Были, как выяснилось, но на руках нет. Нужно будет с Соней посоветоваться, как международные права получить. Да и тебе надо бы научиться ездить. Пригодится.

— А я умею, — засмеялась Наташа, — еще в институте на права сдала. Так что, с моими правами точно такая же проблема.

Ближе к вечеру приехала Соня. Она привезла бумаги на участок и дом. Все было оформлено и теперь принадлежало Ивану. Относительно оформления водительских прав, она сказала, что делала уже такое. Это занимало несколько дней, однако им не избежать  сдачи экзамена по вождению.

Втроем они сели за стол и с удовольствием посидели за бутылочкой хорошего вина.

— Соня, —  спросил Иван, — а что представляли из себя люди, которые жили до нас в этом доме? Мы знаем, что в основе — династия военных, но ведь всегда есть что-то, что не касается профессии. Что о них говорили соседи?

— Соседи, если честно, не очень-то любили их. Их далекий предок владел окрестными лесами и лугами, и очень сурово обходился с теми, кто незаконно охотился в его владениях или рубил лес. Не одного несчастного забили до смерти его слуги, набранные из бывших солдат. Даже после того, как семейство разорилось и леса с полями ушли с молотка, а слуги разбежались, все продолжали сторониться этого дома. Молодые никогда не жили в нем. Они уезжали куда-то и возвращались старыми и одинокими. Ходили слухи, что под домом есть подземная тюрьма, и в ее застенках погибло много людей в прошлые века. Эти слухи долго держались, но в них мало кто верит сейчас.

— А откуда пошли слухи, почему люди так решили?

— Почти полтора века назад, — стала рассказывать Соня, — хозяин привез в дом пару десятков людей из Индии. Никто и никогда не видел, чтобы они выходили из этого дома. Их вообще, никто и никогда больше не видел. Отсюда и слухи, подогреваемые угрюмым, необщительным и даже злобным характером владельцев дома. Последний из них, как говорят соседи, вполне соответствовал этому описанию, будучи крайне неприятным типом.

— Ничего себе, — сказала Наташа, — а мы здесь будем жить!

— Да ладно тебе, все это легенды, не более того, — сказал, улыбаясь, Иван, но в душе он был уверен, что слухи недалеки от истины, ведь кто-то же должен был пробивать в скале тот тоннель, что он обнаружил. 

С отъездом Сони, Наташа убрала со стола и пошла в душ. Дождавшись, когда зашумит вода, Иван быстро зашел в гостиную. Там, в тайнике, лежал небольшой пистолет с запасной обоймой. Пакет был вскрыт, и в нем оказался конверт с логотипом экспресс — почты  DHL. Иван достал его. В конверте лежали загранпаспорт с шенгенской визой на имя Елены Ивановны Петровской, пластиковая карточка Visa и сложенный вчетверо листок бумаги. Иван развернул его.

«Информацию получили. Будь максимально осторожна, не спугни. Отход по первой схеме. До окончания работы связь через емейл»

Под текстом стоял адрес электронной почты и пароль к ней. -«Ах, ты ж, пташка милая моя, Леночка-Наташечка… Да как же это ? Кто же ты такая, а?» — бормотал Иван, вглядываясь в Наташино фото на паспорте. Любимое лицо, любимые черточки… В горле возник комок. Дрожащей рукой переписал адрес с паролем и вернул конверт на место. 

Далее>>>      

Вернуться к оглавлению